В Новой Зеландии произошло знаковое событие, которое может изменить подход к защите природных объектов. Впервые гора Таранаки (ранее известная как Эгмонт) получила те же юридические права, что и человек. Это решение стало результатом многолетних переговоров между правительством страны и местными племенами маори, а также частью широкомасштабной программы по урегулированию исторических конфликтов, связанных с колонизацией.
Новый статус для горы
Согласно недавно принятому законопроекту, гора Таранаки Маунга теперь будет фактически "владеть собой". Управление ею будет осуществляться совместно представителями местных племен (иви), правительства и других заинтересованных сторон. Этот шаг направлен на то, чтобы восстановить справедливость для коренных жителей региона Таранаки, которые столкнулись с масштабной конфискацией земель и другими формами несправедливости во время колониального периода.
"Мы должны признать боль, причиненную прошлыми ошибками, чтобы мы могли смотреть в будущее и поддерживать iwi [племена] в реализации их собственных устремлений и возможностей", — отметил Пол Голдсмит, министр правительства, ответственный за переговоры.
Законопроект о коллективном возмещении ущерба был одобрен парламентом Новой Зеландии в четверг. Теперь гора официально носит свое традиционное маорийское название — Таранаки Маунга, а окружающий ее национальный парк также получил соответствующее обозначение. Ранее гора была известна как Эгмонт — имя, данное ей британским исследователем Джеймсом Куком в XVIII веке.
Культурное и духовное значение
Для маори гора Таранаки не просто географический объект — это священная территория, символизирующая связь с предками и самой природой. Мировоззрение маори рассматривает природные объекты, включая горы, реки и леса, как живые существа и даже предков. Именно поэтому присвоение горе статуса юридического лица имеет глубокое символическое значение.
"Сегодня Таранаки, наша маунга [гора], наша маунга тупуна [родовая гора], освобождена от оков, оков несправедливости, невежества, ненависти", — заявила Дебби Нгревева-Пэкер, сопредседатель политической партии Te Pāti Māori (Партия маори). Она является представителем одного из восьми племен региона Таранаки, для которых эта гора является центральным элементом культуры и идентичности.
Сотни маори прибыли в парламент Новой Зеландии, чтобы стать свидетелями исторического момента. Для них это не только акт правосудия, но и возможность укрепить свою связь с землей и традициями.
Аиша Кэмпбелл, еще одна уроженка Таранаки, отметила в интервью 1News, что гора "это то, что соединяет нас и то, что связывает нас вместе как народ".
Исторический контекст и компенсация
Принятие закона стало частью усилий правительства по выполнению обязательств, предусмотренных Договором Вайтанги — основополагающим документом, который учредил Новую Зеландию как страну и гарантировал маори определенные права на землю и ресурсы. Однако на практике многие положения договора были нарушены, особенно в период активной колонизации.
В 1860-х годах гора Таранаки и более миллиона акров земли были конфискованы у местных маори. Эти действия привели к длительным конфликтам и значительным страданиям для коренного населения. Правительство признало эти нарушения и принесло официальные извинения.
"Нарушения Договора означают, что огромный и усугубляющийся вред был нанесен whānau [более обширной семье], хапу [подплемени] и иви из Таранаки, причинив неизмеримый вред на протяжении многих десятилетий", — заявил Пол Голдсмит. Он также заверил, что доступ к горе останется открытым для всех новозеландцев, и они смогут продолжать наслаждаться этим уникальным местом.
Гора Таранаки в контексте мировых трендов
Таранаки Маунга — не первая природная достопримечательность Новой Зеландии, получившая статус юридического лица. В 2014 году аналогичный статус был присвоен родному лесу Уревера, а в 2017 году — реке Уонгануи. Эти решения отражают стремление страны признать ценность природы не только с экологической, но и с культурной точки зрения.
Подобные инициативы находят отклик и за пределами Новой Зеландии. Например, в Индии и Колумбии суды также признали реки и леса юридическими лицами, что демонстрирует растущее осознание важности защиты природы через правовые механизмы.