Масуд Пезешкиан выдвигает условия для диалога на фоне военных угроз Трампа

Президент Ирана Масуд Пезешкиан объявил о готовности своей страны к переговорам с США, однако выдвинул ряд условий. Заявление прозвучало после обращений со стороны «дружественных правительств региона», призвавших Тегеран ответить на американское предложение о диалоге. Это может стать важным шагом к деэскалации напряжённости, которая в последние недели грозила перерасти в открытый военный конфликт.

Условия Ирана для переговоров

В заявлении, опубликованном в социальной сети X, Пезешкиан сообщил, что поручил министру иностранных дел Аббасу Арагчи провести переговоры с американской стороной. Однако президент подчеркнул важное условие: диалог возможен только «при условии, что существует подходящая среда — свободная от угроз и необоснованных ожиданий».

Иранский лидер также уточнил, что переговоры должны быть «справедливыми и равноправными» и проводиться «в рамках национальных интересов» Ирана. Это указывает на то, что Тегеран не намерен идти на односторонние уступки под давлением и требует уважительного отношения как к равноправному партнёру переговоров.

Предупреждение верховного лидера

Готовность к переговорам прозвучала на фоне жёсткого предупреждения со стороны верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи, который заявил, что любая военная атака на Иран приведёт к «региональной войне». Это предупреждение адресовано прежде всего США и их союзникам в регионе, включая Израиль.

Позиция Хаменеи отражает двойственный подход иранского руководства: с одной стороны, демонстрация готовности к диалогу через президента Пезешкиана, с другой — жёсткое предупреждение о последствиях применения силы через верховного лидера. Такая стратегия позволяет сохранять баланс между дипломатией и демонстрацией решимости.

Давление со стороны Трампа

Президент США Дональд Трамп в последние недели активно наращивал военное присутствие в регионе Персидского залива и неоднократно угрожал применением военной силы, если Иран не согласится на сделку по своей ядерной программе. Трамп также требует, чтобы Тегеран прекратил жёсткое подавление антиправительственных протестов, сопровождающееся гибелью демонстрантов.

Такая стратегия «максимального давления» — характерная черта подхода Трампа к внешней политике. Сочетание военных угроз с предложением о переговорах призвано заставить противника пойти на уступки, опасаясь худшего сценария.

Возможная встреча в Стамбуле

Согласно сообщениям американских СМИ, переговоры между Ираном и США могут состояться в Стамбуле уже в пятницу. Ожидается, что министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи встретится со специальным посланником США Стивом Виткоффом.

Выбор Стамбула в качестве места встречи неслучаен. Турция традиционно играет роль посредника между Западом и Ираном, а Стамбул не раз становился площадкой для важных дипломатических переговоров по ближневосточным вопросам.

Региональное измерение

Примечательно, что к участию в переговорах были приглашены министры иностранных дел сразу нескольких влиятельных государств региона: Египта, Омана, Пакистана, Катара, Саудовской Аравии и Объединённых Арабских Эмиратов.

Это указывает на то, что переговоры рассматриваются не просто как двусторонняя встреча США и Ирана, а как региональный диалог, затрагивающий интересы всего Ближнего Востока. Многие арабские государства, особенно страны Персидского залива, крайне заинтересованы в предотвращении военного конфликта, который мог бы дестабилизировать весь регион.

Участие Саудовской Аравии особенно знаменательно, учитывая долгую историю противостояния между Эр-Риядом и Тегераном. Однако в последние годы наметилось потепление в отношениях двух региональных держав, и саудиты явно заинтересованы в мирном разрешении иранского кризиса.

Скептицизм и надежда

История переговоров между США и Ираном полна взлётов и падений. Ядерная сделка 2015 года (СВПД), достигнутая при президенте Обаме, была в одностороннем порядке разорвана Трампом во время его первого президентского срока. С тех пор отношения между странами только ухудшались.

Возникает вопрос: насколько серьёзны нынешние намерения обеих сторон? Или это очередной раунд дипломатической игры, за которым последует новый виток конфронтации?

С одной стороны, есть основания для осторожного оптимизма. Обе стороны явно осознают риски военной эскалации и предпочли бы дипломатическое решение. Вовлечение региональных игроков также создаёт дополнительное давление в пользу компромисса.

С другой стороны, позиции остаются далёкими. США требуют жёстких ограничений иранской ядерной программы и изменения поведения Тегерана в регионе. Иран настаивает на снятии санкций и признании своего права на мирный атом. Преодоление этого разрыва потребует политической воли и готовности к компромиссам с обеих сторон.